В студии радио «Орфей» журналист и музыковед Лев Гинзбург продолжает рассказ о своем отце – выдающемся советском пианисте Григории Гинзбурге...

Он пришел в советское исполнительское искусство в начале двадцатых годов, когда интенсивно концертировали такие музыканты, как Игумнов, Гольденвейзер, Нейгауз, Фейнберг, а у истоков своего артистического пути стояли Софроницкий и  Юдина. Пройдет еще несколько лет — и по миру прокатится весть о победах музыкальной молодежи из СССР в Варшаве, Вене и Брюсселе; триумфально зазвучат имена Льва Оборина, Эмиля Гилельса, Якова Флиера, Якова Зака и их сверстников. Только действительно большому дарованию, яркой творческой индивидуальности по силам было не стушеваться в этом блистательном созвездии имен и не утратить право на внимание публики. Григорию Гинзбургу это удалось…

В 1927 году в Варшаве состоялся Первый Международный конкурс пианистов имени Фридерика Шопена, в котором первую премию завоевал советский пианист Лев Оборин, показавший себя великолепным “шопенистом”. Специальную четвертую премию получил Григорий Гинзбург, игра которого с большим восхищением была встречена польской публикой. Став лауреатом, Гинзбург совершил, наподобие круга почета, гастрольную поездку по городам Польши – первое зарубежное турне в своей жизни. Предложения выступить на Западе сыпались одно за другим. В родном Советском Союзе пианист давал до ста концертов в год. Так начиналась блистательная международная карьера советского исполнителя, которая оборвалась самым внезапным и трагическим образом.

О том, почему это случилось, и как сложилась судьба Григория Гинзбурга в СССР, в программе «Overtime» рассказывает сын пианиста – Лев Григорьевич Гинзбург…

Повтор программы от 13 декабря 2013 года