Интервью

 Подборка интервью на радио "Орфей"

Дата выпуска: 21.11.2019

Художественный руководитель и главный дирижёр Государственного симфонического оркестра Республики Татарстан, народный артист России Александр Сладковский рассказал о концертах прошлого сезона, о предстоящих юбилеях и о тех качествах, которыми должен обладать дирижёр.

Фестиваль Ла-Рок-д’Антерон: оркестр и цикады

В августе мы вернулись из Франции, выступали на фортепианном фестивале в Ла-Рок-д’Антерон. Сыграли там три концерта, и они были настолько успешными, что нас сразу пригласили выступить там в следующем году уже с шестью концертами. Франция — просвещенная страна, а этот фестиваль — вне конкуренции. На него приезжают люди со всей Европы. Там потрясающая атмосфера: парк замка де Флоранс со старинными деревьями, которым по 200-300 лет. Зал, сконструированный по принципу Lego, легко трансформируется. Сцена расположена практически на воде, с акустическими отражателями — то есть там сделано всё очень грамотно и инженерно продумано до мелочей. И чаще всего про этот фестиваль рассказывают (и я могу это подтвердить), что цикады пищат очень громко и их стрекот не дает музыкантам играть, а публике — слушать. Это добавляет какой-то свой колорит.

Об этом фестивале можно говорить бесконечно. Там выступали все наши выдающиеся дирижеры. Мы играли преимущественно русскую музыку, это было желание их художественного руководства. Хотя они прекрасно знают, что мы играем очень много западной музыки. У нас нет закостенелого образа оркестра, который играет сочинения только наших композиторов, преимущественно Чайковского или Рахманинова, ну в крайнем случае Стравинского или Шостаковича. Я, наоборот, стараюсь продвигать идею о том, что русские музыканты могут не только играть венскую классику, но и делать записи. Полгода назад нас в Нанте попросили играть одну французскую музыку, что для меня было большим удивлением. И мы блестяще переиграли там огромное количество классических и современных сочинений. В Нанте у нас было 5 дней и 10 концертов, и это все были разные программы — Берлиоз, Сен-Санс.

Записи

Этим летом мы в марафонском режиме сделали запись всех симфоний и инструментальных концертов Чайковского на лейбле Sony Classical. Какова его дальнейшая судьба? Я надеюсь, что мы завоюем все эти гремми-эмми и другие всевозможные призы (смеется). На самом деле все непредсказуемо. Мы записали на «Мелодии» всего Шостаковича три года назад и получили потрясающую западную критику. Это не только похвала, но и подробнейший профессиональный разбор.

Планов по записям много. Во-первых, в следующем году будет отмечаться 250 лет со дня рождения Бетховена. А поскольку его симфонии входят в репертуар оркестра, мы очень хотим успеть их записать. Я ещё не знаю, на каком лейбле, но что-нибудь придумаем. После этого будет много ещё чего. Мечтаю о Малере, но до него еще нужно дожить. У нас, к сожалению, есть небольшие трудности с хором. Вы знаете, что хоровая симфония требует огромного состава, в Казани с этим непросто. Но в любом случае мы этот вопрос решим и я воплощу свою мечту. Потому что оркестр, который играет Малера — это уже конституция, которая может называться настоящим симфоническим оркестром.

Круглые даты

Сезон юбилеев открыт! У меня будет десятый юбилейный сезон с оркестром Татарстана, мне в 2020 году будет 55 лет. Я в прекрасном настроении вхожу в юбилей, имея за спиной огромное количество активов, которые удалось завоевать. Прежде всего, это наши записи. Вначале мы записали Татарскую антологию, потом на Sony Music Russian Entertainment мы записали «Манфреда» Чайковского и «Остров мертвых» Рахманинова, а потом был Малер и все 15 симфоний Шостаковича. Чайковский — наш пятый проект. Итого у нас уже пять могучих проектов за 10 лет, я считаю это серьезное основание радоваться.

Второе: мы постоянно в рейтинге Mezzo. Иногда делаем перерывы, чтобы слушателям не надоесть. Там транслируется очень много наших записей из Казани, Москвы, из Музикферайн в Вене. Это тоже наш колоссальный актив и мы первый российский региональный оркестр, который там практически не сходит с экрана. Мы представлены на канале Medici, в меньшей степени, чем на Mezzo, зато там было больше прямых эфиров, например, с Денисом Мацуевым с его Grand Piano Competition. Мы постоянно на канале «Культура» и это тоже очень важно. Мы — гордость и визитная карточка Республики Татарстан и президента, который всячески нам помогает и поддерживает. Наши концерты и выступления расписаны до 2021 года включительно.

Татарский характер

Татарский характер лучше всего иллюстрирует одно слово из известного анекдота. «Алга», значит «вперед», а если нужно идти назад, то разворачиваемся и снова говорим «алга». Так вот я вам скажу, что это не анекдот, у них в самом деле нет слова «назад».

Этим все сказано. Это потрясающая нация, которая очень бережно относится к своему достоянию, они его трепетно пестуют и берегут. Конечно, люди в городе высокообразованные, вы знаете, что у нас там Иннополис, своего рода Сколково, и в Казани же находится один из старейших университетов России. Всё, что касается языка, обычаев, нравов — это часть их повседневной жизни. И это не только в столице, это касается и села.

И вот такая смесь образования, четкого осознания своей национальной идентификации, дисциплины, верности своим традициям — вот что характеризует эту нацию. И не надо думать, что просто им повезло, нашли нефть, вот, говорят Бог послал. Во-первых, Бог просто так никому ничего не посылает, а во-вторых, это же надо уметь всё организовать, наладить, сделать, и это для меня самая важная составляющая. Я уже давно живу здесь, 10 лет, и мне эта позиция очень близка, потому что для меня тоже важно созидать и беречь, и мы вот так удачно совпали.

Я очень уважительно отношусь к татарской музыке, и у нас даже есть Фестиваль татарской музыки имени Назиба Жиганова «Мирас» и он будет в следующем году пятый по счёту. Мы записали три диска с самыми пронзительными сочинениями от классиков до современных татарских композиторов. Это невероятно богатая культура и они её не теряют, вот что ценно. Понимаете, в некоторых других национальных республиках, в которых при Советах в культуру вкладывались, сегодня все разваливается. В Туркменистане закрыли консерваторию в свое время, например, и все самые талантливые опытные музыканты покинули страну. В Татарстане в музыку вкладываются активно и это видно даже по деятельности нашего оркестра.

Три главные качества дирижера

Если быть кратким, то я считаю, что у дирижера должны быть прежде всего преданность своему делу, воля и дисциплина. Самодисциплина в том числе, потому что если ты сам с собой не владеешь, то ты никогда не сможешь держать дисциплину и в своем коллективе. Я сторонник разумного подхода. С музыкантами надо вести себя разумно, так же как и с женой: где-то надо покричать, а где-то и поцеловать. Оркестр — это такой живой организм. Чуть-чуть даёшь творческий спуск, не обращаешь внимания на, к примеру, неверное вступление или фальшивые ноты, и это становится рутиной. Сделать что-то серьёзное, хорошее всегда занимает много времени и труда, а испортить это можно за неделю. Поэтому я, конечно, в меру строг, как любой руководитель, мне важен результат и я его добиваюсь всегда. Просто улыбкой это не всегда получается.

Отсюда же вытекает и воля. Допустим, я хочу чтобы вступление к Пятой симфонии Бетховена (первые четыре ноты) звучало очень массивно, а музыканты, ну я не знаю, в силу собственного удобства или настроения, играют очень поверхностно. Сейчас была репетиция и я минут 15 искал ту силу, которая там требуется для того, чтобы с первого же звука вовлечь слушателя. Воля — это последовательность в действиях для достижения определенного результата. Можно сказать, ну ладно, играйте, как играете, но я этого никогда не позволяю ни себе, ни музыкантам. Я всегда очень строго с них требую и это не зависит от места выступления: будь это в венском Музикферайн, или на детском концерте в Казани, или в Доме культуры где-то на периферии. Оркестр будет звучать одинаково хорошо. Расслабляться нельзя, потому что это может привести к тому, что все очень быстро закончится.

Неожиданный концерт

Самый неожиданный концерт был, пожалуй, в Березниках (Пермский край). Была весна, и было не только холодно, но с крыши вода текла и капала прямо в зал, это было отчетливо слышно. Это отдаленное от областного центра место, пять часов от Перми на автобусе. Мы туда ездили два или три раза. Не знаю, сколько там было слушателей, и мне это неважно. Мы постоянно ездим вот в эти небольшие города — Соликамск, Краснокамск, хоть некоторые из них и городами трудно назвать. Но мне важно, чтобы у людей в любом уголке была возможность слушать классику. Это моя миссия, моя работа. Ростропович тоже в свое время ездил и в маленькие города.

Выступал в залах, где даже рояля не было — играл с баянистом. Потому что потребность такая у человека есть. Это не от избытка свободного времени, это не пиар, я считаю своим долгом играть и для детей в регионах, и для ветеранов, которые билет не могут купить, и для простых рабочих. Помню, играли как-то на заводе КАМАЗ прямо в сборочном цеху.

Я люблю музыку и людей люблю. Смысл моей деятельности в том, чтобы круг моей аудитории расширялся. Если бы я не занимался музыкой, наверное был бы автогонщиком — обожаю машины, скорость, весь этот драйв. Люблю проводить время за рулем. В детстве еще, помнится, хотел быть хирургом, дипломатом. Но без музыки это все было совсем не то.

Беседовала Дженнет Арльт