Интервью

 

Дата выпуска: 10.07.2018

Этно-джаз коллектив Van Quartet выступил на двухдневном фестивале «Джазовые сезоны», который в минувшие выходные прошёл в подмосковных Горках. Группа сформировалась в прошлом году и недавно выпустила дебютный альбом лайв-записей. В своих композициях музыканты сочетают современные гармонии с мелодиями армянского этноса, используют народные духовые инструменты и богатый украшениями вокал. Почему хедлайнеры джазового фестиваля не называют свой коллектив джазовым, какую музыку нужно слушать сегодня и зачем разговаривать со звукорежиссёрами прямо со сцены? Об этом наш корреспондент Наталья Михайлова поговорила с Ваагном Айрапетяном — лидером квартета.

Н. Михайлова: Первое, что бросилось в глаза, — вы единственный коллектив за два дня, который добился хорошей отстройки звука.

В. Айрапетян: И притом во время игры. Это всегда интересно.

Н. Михайлова: Как часто возникают такие эксцессы?

В. Айрапетян: Они возникают настолько часто, что в один прекрасный день я решил: давайте мы перед публикой будем не просто отстраивать звук, а создавать музыку при этом.

Н. Михайлова: То есть, обыгрывать процесс?

В. Айрапетян: Да, делать процесс отстройки звука частью музыки.

Н. Михайлова: С чем это связано? Неужели звукорежиссёры плохо обучены?

В. Айрапетян: Звукорежиссёры обучены. Просто у всех есть привычка смотреть в пульт, а не на музыканта. У всех. Не только здесь — везде. Один мой друг в Ереване сказал гениальную фразу: «Всех звукорежиссёров родила одна мать». Это шутка, конечно. Звукорежиссёры здесь очень классные. В их положение тоже можно войти. Вы представляете, сколько коллективов выступает сегодня? И у каждого коллектива свои претензии, свои тараканы, свои капризы. Чем ближе мы будем дружить со звукорежиссёрами, тем лучше у нас всё получится. Необязательно на них орать. Они могут так всё испоганить, что ты вообще перестанешь играть. Надо любя всё делать, через позитив, через музыку. Зачем мы вышли на сцену? Чтобы играть, правильно? Всё, значит, начинаем играть. А остальное — походу. Зато хороший звук был, правда?

Н. Михайлова: Очень. Тонкая, грамотная отстройка, хороший баланс. Просто немногие заботятся об этом, выступая на улице. Думают, пронесёт. Но нет.

В. Айрапетян: Сцена — наша церковь. На сцене музыканты наиболее откровенны. В повседневной жизни они не сделают того, что они делают на сцене. Музыканты в обычной жизни не одеваются так, как на сцене. Я так на улицу не выхожу. Я так на сцену выхожу.

Н. Михайлова: Для непосвящённых: три джазовых коллектива или музыканта, лучших в мире, на ваш взгляд? Кого стоит послушать каждому?

В. Айрапетян: Ой, трудный вы мне вопрос задали. Почему три? Их же много! В первую очередь, стоит послушать всех тех корифеев джаза, которые пока ещё живы. Многих легенд, которым уже за семьдесят, за восемьдесят, больше не послушаешь. Но есть и те, кто до сих пор играет. Их обязательно надо послушать, чтобы знать, откуда и как всё происходит.

Н. Михайлова: А современных?

В. Айрапетян: Я бы посоветовал послушать Роя Хагроува (американский джазовый трубач — прим.). Игорь Михайлович Бутман несколько месяцев назад опять организовал в Доме музыки джаз-фестиваль и привёз Хагроува. И мне посчастливилось сидеть в первом ряду. Я с ним лично знаком и нередко играл, когда был в Нью-Йорке, но на концерте слушается по-другому.

Н. Михайлова: А Авишай Коэн (американский джазовый контрабасист еврейского происхождения — прим.) тоже вам знаком?

В. Айрапетян: Да, и очень хорошо: мы играли вместе. Мы познакомились, когда он ещё играл с командой Chick Corea (Чик Кориа) & Origin. Они приехали в Ереван на джаз-фестиваль.

Н. Михайлова: Давно это было.

В. Айрапетян: Даже не помню, в каком году. А недавно он снова приехал в Ереван со своим коллективом, и мы снова поиграли. Одним словом, классно.

Н. Михайлова: Вопрос по поводу стиля. Всё, что связано с этникой в джазе, как мне кажется, сейчас очень перспективно.

В. Айрапетян: Я эту музыку джазом не называю. Честно.

Н. Михайлова: А как вы её называете?

В. Айрапетян: Я назвал бы её «авангард-фолк» — сегодняшний фольклор, который включает в себя в том числе и джазовые элементы. Джаз — это неотъемлемая часть нашей жизни, как самолёты, как компьютеры, как телефоны. Мы уже не можем прожить без телефона. Потеряешь телефон — и жизнь заканчивается. Кстати, где мой телефон?

Н. Михайлова: Я думаю, вы его найдёте.

В. Айрапетян: Я очень надеюсь. Почему я называю этнику в джазе «авангард-фолк»? Джаз — это конкретное направление. Когда мы говорим «джаз», мы имеем в виду Нью-Йорк, Соединённые Штаты. А термин "авангард-фолк"не отсылает к конкретному направлению. Это синтез твоих музыкальных корней (русских, армянских или любых других) и твоего сегодняшнего почерка в музыке. Это позволяет тебе самовыразиться.

Н. Михайлова: Вам наверняка близко то, что делает Тигран Амасян (американский пианист и композитор армянского происхождения, в своей музыке традиционные восточные мелодии комбинирует с джазовыми гармониями и сложной современной ритмикой — прим.).

В. Айрапетян: Я знаю Тиграна с десяти лет. Он начал играть у меня дома. С моего дома началась не только его карьера, но и вообще его жизнь в музыке, в джазе. Он знает все джазовые азы, всю классику. Пока мы ели у них дома, он в это время снимал, допустим, Арта Тэйтума, или Бада Пауэлла, или Монка. Он идёт своим особенным путём, он ищет себя. И слава богу, что ищет, потому что, когда он найдёт его, его музыкальная жизнь закончится.

Н. Михайлова: А вы нашли свой путь?

В. Айрапетян: Нет, я тоже ищу. Это лишь один из моих проектов. Второй проект чисто джазовый, классический. В Ереване у меня есть отличный секстет: труба, саксофоны и ритм-секция. Кстати, с этим коллективом мы выступим в нынешнем джаз-фестивале в Коктебеле. Есть ещё один очень большой проект: недавно я получил должность руководителя оркестра Национального телевидения и радио Армении.

Н. Михайлова: Прекрасно, поздравляю!

В. Айрапетян: Это совсем другая история: струнная группа, биг-бенд, народные инструменты. Я обожаю разные эксперименты в музыке. К сожалению, многие экспериментируют ради экспериментов. А в моём случае музыка просто тянет меня в разные места.

Н. Михайлова: А начинали вы с классики?

В. Айрапетян: Да, я получил классическое фортепианное образование: музыкальная школа, консерватория, класс композиции. Я писал классические сочинения, квартеты в разных стилях. Но джаз победил.

Н. Михайлова: Джаз всегда побеждает.

В. Айрапетян: Да, причём меня джаз победил в раннем детстве — в шесть лет.

Н. Михайлова: Так рано почувствовали свободу?

В. Айрапетян: Да, да, да. Мне сейчас пятьдесят, значит, джаз побеждает уже сорок четыре года. Ещё сорок четыре — и будет нормально

 

Текст: Наталья Михайлова

Фото: Наталия Сергеева, Мила Стенина, 1jazz.ru