В начале апреля состоялась московская премьера вокального цикла Оливье Мессиана «Ярави: Песнь любви и смерти» (Harawi, Chants d`amour et de mort, 1945). Этот чрезвычайно богатый и мало исполняемый цикл представили Мария Остроухова (меццо-сопрано) и Александр Шайкин (фортепиано).

 

Молодые и талантливые исполнители уже известны московской публике. Несмотря на их юный возраст, их искусство – вполне зрело: минуло время и сильнейшее впечатление от перформанса не только не остыло, но "обросло" мыслями, которыми хочется поделиться.

Немного истории. Вокальный цикл "Ярави: Песнь любви и смерти" является частью музыкального триптиха "Тристан-Трилогия", включающего в себя помимо "Ярави", симфонию "Турангалила" и произведение для хора a capella "Пять перепевов". Мессиан написал "Ярави" в 1945 году, но мысль об этом произведении зародилась одновременно с квартетом "На конец времени", когда он находился в концентрационном лагере для военнопленных в Гёрлице.

Тема любви и смерти являлась краеугольной для Мессиана, отчасти потому, что его первая жена, Клэр Дельбос потеряла рассудок после неудачного прерывания беременности, и до конца своих дней прожила в психиатрической лечебнице.

Само название "Ярави" происходит от традиционного литературно-музыкального жанра перуанских индейцев. Обычно, под этим жанром подразумеваются любовно-трагические истории в духе «Тристана и Изольды» и «Ромео и Джульетты». Текст "Ярави", написанный самим Мессианом, в высшей степени символический. Фрагменты сюжета переплетаются с числами, абстракциями, словами на кечуа и цветами мессиановской музыкальной палитры.

«Убеждена, - говорит Мария Остроухова, - что Мессианом "найдены" три цвета Любви - зелёный, голубой и золотой, и три цвета Смерти - красный, чёрный и лиловый, переплетающиеся друг с другом, совпадая с развитием сюжета».

Главный герой, Юноша (Jeune homme), влюблён в Пиручу. Его чувство взаимно, и первая часть цикла посвящена их сокрушительной страсти, для живописания которой Мессиан использует ми бемоль мажор (тональный символ любви) и соль мажор (тональный символ невинности). Но всё чаще врывающийся в музыкальное полотно атональный хаос, подсказывает нам, что Юноша сходит с ума. В тексте появляются слова «sang» («кровь»), «coupez-moi la tete» («отрежь мне голову») и «je suis mort» («я – смерть»). Трагедия разворачивается с девятой по двенадцатую часть цикла. Юноша убивает Пиручу: этот момент Мессиан, гениально владеющий звукописью, изображает двух-страничной кульминацией и последующим ритмическим замедлением на словах "ton cœur qui bat" - "твоё сердце бьётся". Затем герой впадает в кататонический ступор от содеянного, затем происходит безумная пляска, в конце которой Юноша убивает себя, и, наконец, финал: лейтмотив любви (и лейт-тема всего цикла) - обработанная автором древняя перуанская мелодия - возвращается как голос "с той стороны" в последней песне цикла "Dans le noir" ("В темноте").

Представляется удачной мера перформанса. Необходимая доля сценического движения, костюма и света не отвлекает от главного - драматургии самой музыки, а только "подсвечивает" гениальный цикл Мессиана. Проявленная осторожность в самом замысле спектакля оберегает его от близости к банальному театральному шоу, вместе с тем, усиливая воздействие самой музыки на аудиторию.

В исполнительской манере певицы Остроуховой подкупает сочетание большой культуры, одновременно огромной природной силы и искренности. Вот, что по проводу искусства исполнителей говорит доктор искусствоведения Лариса Кириллина: «Мария Остроухова - талант, красавица, умница, обладательница роскошнейшего меццо, прирождённая артистка, и пианист Александр Шайкин исполнили в Музее А.Н.Скрябина цикл Оливье Мессиана "Ярави ". Это был не просто концерт, а действо, названное в программке "музыкально-поэтической мистерией". Двенадцать частей цикла шли на одном дыхании, и происходящее не просто граничило с магией - оно ею было".

Особо хочется сказать о великолепном партнере-соавторе Марии - Александре Шайкине, лауреате многих конкурсов, в том числе им. Гезы Анда в Цюрихе, ассистенте профессора Московской консерватории Элисо Вирсаладзе. В особенности его слышания, его пианистической индивидуальности заложена прекрасная возможность овладеть сложнейшим музыкальным языком и фактурой, не "утонуть" в объемном пространстве палитры Мессиана. "Мессиан для меня, - говорит пианист, - особенный композитор, ни на кого не похожий. Исполняя его музыку, я автоматически погружаюсь в её атмосферу целиком, без дополнительных на то усилий. Цикл "Ярави: Песнь любви и смерти" - космос, бесконечная пропасть, бредовые видения, безграничные чувства и сумасшествие... Макро- и микромиры одновременно. На мой взгляд, эта музыка очень современна в своей неограниченности. Авторское участие как будто отсутствует, нарративность преподносится объективно, оставляя исполнителям максимальную свободу наполнения. Это завлекло нас в бесконечное пространство "Ярави" с головой.

С певицей Машей Остроуховой, о замечательных качествах которой можно отдельно долго говорить, во время репетиций мы сразу оказывались на одной волне, в одном "энергетическом поле", что практически исключило возможные ансамблевые сложности, которых в тексте в принципе предостаточно. Особенное удовольствие от игры в ансамбле, когда нет расхождений, а есть лишь сотворчество!

Лично для меня исполнение такого грандиозного вокально-фортепианного цикла - событие особенное, одна из важнейших творческих ступенек за последнее время. Надеюсь, нам с Машей еще не раз посчастливится исполнить "Ярави" в ближайшем будущем".

Звенящая напряженная тишина зрительского зала, долгие овации, в которых публика будто бы стремилась, наконец, выдохнуть и произнести коллективные слова благодарности, подтверждают правоту ощущений Александра. Нет сомнений, что мы будем свидетелями долгой новой жизни «Ярави» на отечественной сцене.

 

Олесь Сторожев

Вернуться к списку новостей

Опрос

Включая радио "Орфей", Вы ожидаете, что...

Завершить Please select minimum {0} answer(s). Please select maximum {0} answer(s).

Рассылка